Выдержка из работы:
Некоторые тезисы из работы по теме «Портреты Эль Греко»
Портреты Эль Греко
Творческое наследие Эль Греко огромно. Он оставил огромное количество своих произведений на религиозные сюжеты, и, кроме того, он успешно работал в жанре портрета.
Втянувшись в мир религиозных полотен Эль Греко, отдавшись экстатическому настроению его картин, пронизанных искренним мистическим чувством, осознаешь масштабы его гения и сложность видения мира. Его картины на темы Моления о Чаше, Снятия Седьмой печати, или на любой другой сюжет, пронизанный энергией неподдельного чувства, многочисленны, но не стали от этого стандартно похожими.
Кроме религиозных картин, Эль Греко создавал и портреты. «Это счастье для нас, что он должен был писать портреты, - написал Хуго Керер, немецкий искусствовед-испанист, - они привязывали его к реальной жизни. В них он не давал развернуться пылающей силе своих видений и ограничивал свое стремление к бесформенному. Он не сильно интересовался убедительным портретным сходством, а скорее стремился передать особенное настроение и прочесть то, что было скрыто в душе»[1].
С этим мнением можно спорить, но очевидно одно: изучение портретов кисти Эль Греко позволяет ответить на некоторые вопросы, связанные с его творчеством. Например, - об уровне его мастерства, о его художественном методе, внутреннем содержании и даже о душевном здоровье. С помощью анализа его портретов творчество Эль Греко получает дополнительное освещение и появляется информация к размышлению.
Стиль Эль Греко настолько своеобразен, что любая его работа узнается с первого взгляда даже любителями. Этим ли вызвана его популярность или нет, но количество книг и статей, посвященных его творчеству, удивляет.
В библиографии Греко явно отражается не только лишь искусствоведческой науки, а эволюция общественного сознания и культурной атмосферы.
Уже при жизни Эль Греко был высоко оценен современниками. Пачеко, тесть и учитель Веласкеса, в 1620 г. посвятил ему главу в своей книге, посвященной испанским художникам. Там он отдал Эль Греко должное и, признавал, что тот достоин великой славы, при этом, не призывая к подражанию ему[4].
.......................
2. Портрет неизвестного (т.н. Палладио). (Копенгаген, 1572-76, 116х98)
До расчистки на картине автографа Эль Греко никто и не причислял эту картину к числу его работ. В собрании Рубенса она фигурирует как автопортрет Тинторетто.
Долгое время полагали также, что на этом портрете изображен Палладио. Или Джанбатиста Порта. Потом от этой атрибуции отказались, сравнив изображенного с гравированным портретом Порта в его DE HUMANA PHYSIOGNOMIA, 1586 [21].
В настоящее время принято считать, что это изображение еврейского врача.
Работа несомненно принадлежит к итальянскому периоду Эль Греко, около 1575 г. Об этом свидетельствует кропотливая живописная техника масляной живописи, композиционное построение и манера подачи модели. Манера письма такова, что неслучайно полотно приписывалось Тинторетто – настолько она близка ему.
Мы видим в картине уже некоторые признаки того, что так явственно проявится в портретах Эль Греко испанского периода: подача портретируемого так, чтобы ничего не отвлекало от восприятия его лица, ни одежда, ни интерьер, а также – проницательное проникновение в личность портретируемого. Но позднее он откажется от такого варианта среза фигуры и большого формата.
3. Портрет Винценджо Анастаджи. (Нью-Йорк, коллекция Фрик, 1575-78, 188х126)
.........